Война майора Робски. Часть 3

     Ранее:
     Война майора Робски. Часть 1
     Война майора Робски. Часть 2

   

     Ответная радиограмма пришла из Каира перед рассветом. Радист разбудил Робски и передал ему листок с колонками цифр. Майор, позевывая ,включил аккумуляторный фонарь и быстро расшифровал текст. Офицеры уже были на ногах и, наскоро умывшись, ждали результатов.
     - Итак, джентльмены, наш штаб информирует, что «Либерейтор» с тактическим номером «64» принадлежащий 514-й эскадрилье 376-й бомбардировочной группы ВВС США, вылетел в составе соединения неделю назад с базы Салух в Ливии на бомбардировку Неаполя и числится с тех пор пропавшим без вести.
     - Связь с ним пропала после того, как соединение бомбардировщиков попало над Италией в грозовой фронт и самолеты рассредоточившись , прорывались к цели мелкими группами и поодиночке. Часть самолетов отбомбилась по запасным целям, кто-то сбросил бомбы в море. Это был первый вылет экипажа на боевое задание. Командир – первый лейтенант Уильям Хэттон. Обнаруженный нами мертвым штаб-сержант Вернон Мур – кормовой стрелок этого самолета. Так что все сходится.
     - Нам приказано обследовать самолет, доложить характер повреждений и, по возможности, наше мнение о причинах катастрофы. Найденные документы и личные вещи экипажа оставить на месте до прибытия комиссии из американской базы. Они должны также снять секретный бомбовый прицел Нордена .
     На все это дано четыре часа времени, после чего приказано доложить о результатах и следовать прежним курсом. Нас в ближайшем оазисе уже ждут связные от бедуинов и представитель французских войск.
     - Сэм, сдается мне, что янки парней уже списали и особо искать их никто не будет. Даже если прилетят, то найдут с воздуха, в лучшем случае, только тела. Да и насчет комиссии сильно сомневаюсь - каждый день гибнут десятки самолетов и сотни летчиков, а тут из-за одного бомбардировщика вдруг целую экспедицию снарядят.
     - Я придерживаюсь того же мнения, Генри. Неделю в пустыне без воды бедняги вряд ли вынесли…
     - Уже рассвело. Сейчас в темпе начнем обследование .Я обследую штурманский отсек, Джонни-пилотскую кабину, Генри-фюзеляж до разлома и отсек стрелка-радиста, Мэллони-хвостовую часть и кормовую турель. Все найденные документы и вещи снести ко мне в штурманский отсек. Отделение Вустера выгружает трассирующие патроны к «Браунингам» из стрелковых точек. Если найдете бронебойные - тоже возьмите. Я думаю, что считать их никто не будет и обратно не повезет, а мы все же прилично потратились в последних боях. Остальным охранять площадку по периметру на вершинах барханов.
     - Сэр, разрешите мне вместе с капитаном Фолкнером проверить отсек стрелка-радиста. Возможно, там уцелела аварийная портативная рация и аккумуляторы - неожиданно сказал радист, капрал Эд Дженнингс - нам бы пригодились.

     - Хорошо, Эдди! Только особо не увлекаться. Это все же не трофей - а место катастрофы. Потом подробно доложить, что взяли - составим опись.
     И офицеры, увязая в песке, направились к самолету. Фюзеляж и крылья бомбардировщика были окрашены сверху в стандартный оливковый цвет, снизу-в светло серый. Белые звезды в синих кругах четко выделялись на не успевших выцвести плоскостях, на килевых шайбах черной краской был нанесен заводской номер 42-24301. Самолет был практически новым, даже не было характерных потертостей возле технологических лючков.
     Правый крайний мотор был разрушен, часть деталей вылетела вперед - видимо самолет приземлился с одним работающим двигателем и тот «рубанул» винтом по грунту. На остальных моторах зафлюгированные лопасти только погнулись по концам.
     Робски протиснулся в носовой штурманский отсек. Из-за разбитого остекления в отсеке уже успело набиться песка, а ветром выдуло много бумаг, которые беспорядочно лежали возле фюзеляжа.
     Бортовой журнал находился на штурманском столике, прижатый защелкой к карте с обозначенным курсом, видимо штурман все же надеялся, что самолет найдут. Над столиком была аккуратно привинчена табличка с надписью «Дили Хэйс,2-й лейтенант» и фото актрисы Греты Гарбо.
     Робски ,открыв журнал, прочитал последние записи ,написанные аккуратным почерком. Самолет, после попадания в грозовой фронт, не долетел до Неаполя. Сбросив бомбы в море, они взяли курс на базу в Салухе. В последней строчке, торопливо написанной, говорилось о песчаной буре и поломке радиокомпаса. Многое сразу стало ясным – самолет, потеряв ориентировку, ночью в песчаную бурю незаметно пересек береговую черту и углубился в пустыню.
     Летели до полного израсходования горючего из баков, потом выпрыгнули с парашютами. Судя по тому, как не были открыты контейнеры с аварийным запасом - ни воды, ни продуктов летчики с собой не взяли. Патронные ящики носовых пулеметов были полными, следовательно, штурман огня не вел. Собрав бумаги, Росбски сложил их в металлический ящик на полу кабины. Взял себе только чистую полетную карту с сеткой квадратов, отличающейся от пехотных аналогов. Пригодится.

     Из пилотской кабины протиснулся МакГоверн , неся в руках ворох бумаг-какие-то инструкции, формуляры на оборудование .Сверху лежала записная книжка и большое групповое фото экипажа.
     Молодые, красивые парни, белозубо улыбаясь, стояли у борта самолета с крупной надписью «Lady Be Good»-этого самого, который сейчас безжизненной грудой металла лежал в пустыне. И только Всевышний знает, где сейчас души этих парней.

     Лейтенант доложил, что в кабине ничего, кроме этих бумаг не обнаружено, все оборудование на штатных местах. На кресле правого пилота лежала эта книжка с торопливой записью: «Отказал радиокомпас, кончается горючее. Это конец!».
     Вернулись Фолкнер и радист, неся в руках два аккумулятора и полевую рацию со сложенной штыревой антенной. Судя по довольному выражению лица радиста и раздувшимся карманам куртки, ему перепало немало всякой всячины из запасных радиодеталей.
     - Генри, что у тебя?
     - Так, командир, по порядку. Бомбоотсек пустой, бомбы сброшены, люки закрыты. Патронные ящики полные-стрелки огонь не вели. Радиостанция в порядке, даже осталась таблица кодов, позывных и резервных частот на прошлую неделю. Бумаги из отсека здесь, в этой сумке, я их не рассматривал.
     - Хорошо, сложи бумаги в этот ящик, и выходим, некогда разбираться. Для меня картина ясна, кроме одного вопроса - как они ночью просмотрели границу побережья. Ведь там полно войск, немцы бы их обстреляли, союзники подавали бы сигналы ракетами. В любом случае было бы видно…

     Офицеры и радист вышли из раскалившегося на солнце фюзеляжа. Отделение сержанта Мэллони и люди Вустера сноровисто выгружали патронные ленты из перекошенной кормовой турели и копошились в боковых амбразурах. Сам Мэллони подбежал к Робски.
     - Сэр, в кормовой турели все чисто, никаких бумаг и вещей. Патронные ящики полные, вернее были полными. Разрешите взять еще пулеметы из боковых амбразур, они съемные и с коллиматорными прицелами. Заодно и патроны возьмем - не пропадать же им тут.
     - Сколько патронов взяли, Джек?
     - Где-то тысячи две, приблизительно. Потом точно посчитаем, если надо…
     - Хорошо. Потом доложите Фолкнеру, он распределит по экипажам, а то у вас уже рессоры прогнулись.
     - Сейчас пишем рапорт о результатах обследования с выводами и оставляем здесь, в кабине штурмана. Приложение к рапорту - перечень изъятого имущества, а то янки еще в мародерстве обвинят. Потом завтракаем, даем радиограмму в штаб и снимаемся. Все! К делу джентльмены, время не терпит.

     Через час «Виллисы» разведгруппы, свернувшись в походную колонну и выставив головной дозор, снова наматывали пустыню на колеса. С вершины бархана Робски и Фолкнер последний раз увидели сиротливо лежащий на песке бомбардировщик, который люди найдут еще не скоро.

     - А знаешь, Генри, я понял, почему они не увидели побережье. Когда я летал над морем и пустыней в аэроклубе Каира, я видел, что ночью пески в пустыне «бликуют» точно так же, как и поверхность спокойного моря. Неудивительно, что парни этого не заметили - ведь это был их первый вылет.
     Фолкнер только вздохнул в ответ. Шла война, миллионы людей сражались на всех фронтах, сотни тысяч гибли ежедневно и гибель одного экипажа - это только малая капля в океане человеческого горя. А им еще предстояло долго воевать, и кто знает, как сложится их судьба…

          

   

   Произведение публиковалось в:
   proza.ru